Переводы стихов Алигаджи из Инхо

Будун –Дибир Чтобы лопнули вы, будун и дибир! Вам молитва — что крысе мешок пшена! Муталимы, чтоб съели вас муравьи! Вы — воришки, совесть ваша черна. Вы, хаджи, побывавшие в Мекке святой, За подачкою бегающие с сумой, Чтобы треснули толстые шеи у вас! Эх, молитвенники! Вы в Мекку пошли, Ну, а женщину видите издали. Эта крепость из красных камней сложена, В ней из белого камня башня одна. На стене белогрудый сидит голубок, Словно белый благоуханный цветок. Что же жгучая жажда мне печень жжет? Не помогут ни горький, ни кислый плод! Если ветку в цвету в Таибе сорвать, То нельзя ее в грязь по дороге бросать. И грешно опоганивать грязью чужой Сокровенное, чем дорожишь, как душой. Если подлость ты девять раз совершил, Если доблесть ты только раз проявил, Разве примешь хвалебные к сердцу слова Бестолкового малого большинства? Если в жизни ты был хоть раз подлецом, Пусть ты девяти кратно был честным потом, Похвала, что тебе изречет диван, Это будет не правосудье — обман. Ключ с собою унес я от сундука. Пусть найдет прозорливый разгадку замка. Кто умом одарен, кто достойно живет, Ключ для этих речей сокровенных найдет. * * * Ты книжку пустую под мышкой таскаешь, По ней на вопросы невежд отвечаешь. Гаданье по звездам начни-ка скорей На радость обманщиков и знахарей. Ты трижды гадальные камни бросаешь, Кого ты гаданьем своим утешаешь? Ведь если бы песню ослу ты завел, От песни не развеселился б осел. Пусть бубны и дудки веселые грянут, Бараны плясать и под бубен не станут, Коль мудрые ум твой не тронут слова, То, верно, пуста у тебя голова. Бездушных не тронешь ты словом душевным, Нельзя им помочь в их уделе плачевном, И знай, что ослу неизвестна цена И свойство породистого скакуна. И тот, кто телячьи хлева очищает, Едва ли привычки орлиные знает. Запомни две-три прибаутки смешных Для этих — в папахах — медведей лесных. В запасе держи два-три ласковых слова Для тех, кто вцепиться друг в друга готовы. Да не позабудь — пригодится в пути — Ошейники для дураков припасти, Да чтоб бубенцы на их шеях бренчали, Чтоб их издалека везде узнавали. За труд им давай пред отходом ко сну: Помои — ослу, а зерно — скакуну. Кустарник бесплодный, разросшийся в чаще, Не сравнивай с пальмою плодоносящей, И не обижайся ты в сердце своем На тех, кто добро не считает добром. И очень смешон, кто досадою дышит На тех, кто цветов аромата не слышит. Тому, с кем вовек не сойдешься душой, Махни, уходя, на прощанье рукой, И не отвечай болтунам болтовнёю, Их молча минуй и останься собою. Ты сам разгадку находи В сокрытом смысле этих строк, Что затаен, как адамант, В серебряной шкатулке слов. Иносказаньям, корни чьи Коран питает и Хадис, Нужны вниманье и уход, Как чистокровному коню. В народе Имры Кайса я Не обрету себе друзей, Хоть мастерски их языком Болтать нечистый обучил. Поймет достойный тайну слов И поучение прочтет, А те — невежды и глупцы -Добра от зла не отличат.

О ДРУЖБЕ Не ахти какой клад -непостоянная дружба. Если в мерку, что мерит жито, Ты насыплешь лишнюю четверть,— Не поместится в мерке зерно. Если спросишь меня, Чем я больше всего огорчен,— Это тем, что в медовом кувшине, на дне, Оказались мусор и грязь. Умный сам убежит от родни, Что на родственных похоронах Затевают ссоры и спор. Мне противна недельная ваша любовь, Что становится ссорой на день восьмой. Не ахти какой клад Эта непостоянная дружба. Дней и ночей не счесть, Жизни дорога длинна, Кто мне недруг, кто друг, Под конец лишь покажет она. Много слышал я дружеских клятв поутру, Ну, а тех, чье сердце со словом в ладу, Распознаешь лишь ввечеру. Я не тронусь раскаяньем целой толпы, Если сам не увижу грехов, От которых она отреклась. Нет, не верю я дружбе вчерашних врагов, Пока сам не увижу: живут Они в мире, в согласье, в ладу. Если б слушал глупец мудреца, Облегчилась бы участь глупца. Он бы понял: от вздора Разгорелся раздор, И глупец не страдал бы, Если б он распознал, Что он глупость свою За ум принимал. И не гибли бы попусту люди у нас, Если б поняли и сказали они: «Братья, наше невежество — бешеный пес, Что кусает нас же самих». Если б поняли люди, что глупая спесь, Как гадюка, гнездится средь нас. И приносит нам смерть, То они бы избегли беды ПОУЧЕНИЯ Коль имею хлеб пшеничный, кукурузу есть не стану. Если есть волы для пашни, не впрягу телят в ярем. На вдову невесту-деву не сменяю даже спьяну. И пока есть мед пчелиный, винограда не хочу. Если хочешь добиться богатства, не отягчаясь трудом, -Жни несеянный хлеб нескованным g кузне серпом. Ну и мельница в Зонобе, то не мельница, а горе. Как у норовистой клячи, жерновов ее повадки. Умолкаю я. О боже, будь ты сам судьею в споре Залихи и Исмаила, сокола и куропатки! СЕДОЙ ВОЛОС Хотя я крепился — осилило время, И старость свои предъявляет права. Хотя прикрывал я папахою темя, А все ж поседела моя голова. Душе моей с телом поспорить охота, Она не сдается, она молода. Зависимо тело от круговорота Часов, что безжалостны к людям всегда. Душа моя бедного тела моложе, Упрямо годам не сдается она. Морщин на ней нету — не то, что на коже, И держится прямо — не то, что спина. Привет, седина! Ты не слишком ли рано Явилась не званная мною родня, Вплела в мои волосы клочья тумана, Легла на лохматой груди у меня. Оставь мою грудь — это парни девчонок Украдкой стремятся за груди хватать. Оставь мою грудь. Ты не малый ребенок, А я, приглядись, не кормящая мать. Тому, кому гость оказался бы в тяжесть, Пусть счастья не будет во все времена. Но выразить я недовольство отважусь Поспешным приходом твоим, седина. Уж лучше бы камень свалился на плечи, Чем ты, словно гостья, нагрянула вдруг. Тебя угощать мне, белесая, нечем, Мне даже с тобой поболтать недосуг. Уйди ради бога, иначе померкнут И дни моей жизни и песен слова. Недавно гнездился на темени беркут, А нынче гнездится слепая сова. Ужель не вернется мой полдень вчерашний? Ужели возврата минувшему нет? Был волос мой черен, как борозды пашни, — Как снег на вершине, он сделался сед. Нет, с крыши сову не прогонишь, покамест Погибнуть гнезду не наступит пора. И снег не растает; он старый упрямец, Покуда не рухнет, как лошадь, гора. Есть ханы на свете, цари и визири, У каждого много и власти и сил. О волос седой, в человеческом мире Сильнее ты ханов и беков прослыл.